— Да потому, что я, черт возьми, много ему о тебе рассказывал, — ответил Джошуа, уже не скрывая своего раздражения.

Меган никак не ожидала такого ответа. В смущении она вышла из-за стола и уже во второй раз за это утро устремилась к окну. Большая туча закрыла солнце, небо потемнело, и город вдруг потонул в сером сумраке. «Это символично, — подумала Меган, — то же самое происходит сейчас со мной».

День не заладился с самого начала. То она завелась из-за Барнса, а теперь вот Джошуа Беннет выводит ее из себя. Хотя, если честно, она была польщена тем, что он так высоко ценит ее мнение.

— А с чего это вдруг вы стали меня обсуждать? — спросила она не оборачиваясь.

— Во-первых, Бишоп считается с моим мнением. А во-вторых, я действительно высоко оцениваю твои возможности, по крайней мере, в вопросах, касающихся бизнеса.

Меган услышала, что он встал и направляется к ней.

— И еще я радуюсь твоим успехам.

— Спасибо, не стоит, — круто обернувшись, язвительно сказала она.

Он стоял так близко, что Меган стало не по себе. Чтобы взглянуть ему в лицо, ей пришлось запрокинуть голову — он возвышался над ней, как башня. Джеймс, ее покойный муж, был невысок. Мощная фигура Джошуа пугала ее.

— Я не нуждаюсь в твоей снисходительной жалости к «несчастной вдовушке», которая бьется за место под солнцем в этом жестоком мире, — сказала она. — И тем более — в твоей опеке.

— Черт побери, я и не собираюсь тебя опекать. Просто мои подчиненные всегда говорят, что если бы они могли работать с торговыми агентами так же четко и слаженно, как твои, то не возникало бы никаких проблем.

— Спасибо, — вежливо и холодно поблагодарила Меган.

— Почему ты избегала меня после похорон Джеймса?

Этот неожиданный вопрос кольнул ее в самое сердце и разбередил старую, незаживающую, хотя и прошло уже три года, рану.

— Ты не отвечала на мои звонки, на мои записки. Почему? — Он ждал ответа.