Меган помнила, что именно так Джой Хэмпсон называла проектировщика курорта.

— Да. Он гениальный, сильный и опытный строитель-архитектор, но как бизнесмена его необходимо постоянно направлять и консультировать. Он планирует создать на Хилтон-Хэде настоящий рай для любителей развлечений. Мне удалось привлечь значительные средства. Вопрос заключается не в деньгах; просто я вынужден постоянно опекать и контролировать его.

— Ну, если именно вы обеспечиваете его финансирование, я уверена, мистер Беннет, что проблемы исключены.

— Спасибо за комплимент, я польщен. Но господину Бишопу хочется услышать еще чье-нибудь мнение или совет. Так сказать, проконсультироваться у кого-нибудь.

Джошуа Беннет наклонился вперед — сейчас его взгляд был очень серьезен.

— Я хочу, чтобы ты лично вела дела и счета «Лазурной бухты».

Их глаза встретились, и на какое-то мгновение все исчезло: как будто не было никаких проектов, никакого курорта, никаких счетов. Время словно повернулось вспять, и Меган вдруг перенеслась назад, в тот незабываемый вечер, когда Джошуа Беннет прижал ее к ажурной решетке летней беседки и прошептал: «Я хочу только, чтобы вы меня поцеловали — и все. А потом можете говорить, что любите Джеймса Ламберта».

— Я не могу, — она произнесла эту фразу так же неуверенно, как тогда.

Облизнув губы, Меган отвела взгляд от его обольстительных глаз.

— Я не могу, — повторила она. — Эта работа сулит мисс Хэмпсон хорошие комиссионные. Девушка хорошо знает свое дело, и я не могу просто так, без серьезной причины, взять и отнять у Джой ее хлеб.

Джошуа Беннет откинулся в кресле.

— А я не об этом. Я хочу, чтобы ты постоянно контролировала то, как идут дела. Чтобы Джой, прежде чем принять какое-то решение, советовалась с тобой. И еще я хочу, чтобы ты встретилась с Терри Бишопом и убедила его в том, что сделанная реклама очень перспективная.

— Если он не доверяет тебе, с какой стати он должен поверить мне?