Она до сих пор в мельчайших подробностях помнила свое платье. Теперь оно висело в самом дальнем углу чулана в доме ее матери. Платье на самом деле было потрясающим. Цвета морской волны, оно невероятно шло к ее зеленым глазам. Тонкая ткань соблазнительно облегала ее изящную фигуру. Элегантный высокий лиф оставлял открытыми плечи и спину. Ее прическа в тот вечер тоже была великолепна: пышные рыжевато-каштановые волосы были подняты над ушами и сколоты золотыми гребнями. На безымянном пальце левой руки красовалось бриллиантовое обручальное кольцо.

— Джеймс, ради всех святых, успокойся! — со смехом пожурила она жениха: в ожидании прихода гостей он суетливо бегал по залу и проверял то одно, то другое, путаясь под ногами у официантов.

Джеймс порывисто обнял ее.

— Ну как я могу быть спокоен? Я женюсь на самой красивой девушке на свете.

Меган счастливо улыбнулась, но Джеймс добавил:

— А кроме того, я уже три дня не курил!

Улыбка тут же сбежала с ее губ.

— Какой же ты молодец, Джеймс, что держишь слово! — попыталась приободрить его Меган. — Я помню твое обещание бросить курить.

— Знаю, знаю, — он чмокнул ее в щеку. — И курить я не буду. Но если сегодня вечером я увижу кого-нибудь с сигаретой, то обязательно постою рядом и с наслаждением подышу дымом.

В тот вечер Джеймс был чересчур возбужден, но Меган старалась быть терпимой. И хотя будущий супруг изрядно выпил, она не ругала его, считая, что таким образом он пытается компенсировать отсутствие сигарет.

Она любила Джеймса: его веселую улыбку, его неукротимую жизнерадостность, кипучую энергию и жажду жить, его честолюбивые планы. Единственное, чего никак не могла понять Меган, — почему он так боготворит своего начальника. Но, когда Джошуа Беннет наконец появился в этом украшенном цветочными гирляндами зале, все ее сомнения рассеялись, и она поняла, что восхищение Джеймса было абсолютно искренним.